А.А. Рыбакова. «Горе тому, у кого её не будет под старость!»: Роль «старой сказки» в жизни героев хроники «Соборяне» Н.С. Лескова

Н.С. Лесков писал: «Старое время, конечно, не следует считать лучшим временем во всех отношениях, но недостойно отвращать глаза от того, что дало заведомо добрые плоды[1]. Во многом подобное мироощущение писателя отражается и в понятии «старая сказка», являющемся ключевым для хроники «Соборяне». Известно, что изначально писатель задумывал «грандиозное полотно, представляющее Россию, начиная с самых ее истоков, которое позволило бы изобразить лучшие типы патриархального прошлого перед лицом современного поколения»[2]. Впоследствии воплотить этот замысел не удалось, и отдельные сцены, герои, сюжетные линии, размышления автора стали материалом для других произведений, в том числе хроник[3] («Соборяне», «Старые годы в селе Плодомасове», «Захудалый род»).

В хронике «Соборяне» старикам будущее не представлялось оптимистичным, поскольку именно в старости герои ощущают связь со «старой сказкой», то есть с традициями, национальными основами жизни и историческим прошлым в отличие от молодого поколения, которое увлечено всем новым. Это мошенник Термосёсов, нигилистка Бизюкина и учитель Препотенский. К ним же можно отнести и предводителя дворянства Туганова, который равнодушно смотрел на то, что происходило в Старгороде и не хотел помочь Туберозову. Совсем не лучшая смена тому, что уходит в прошлое. Новая действительность разрушает «старую сказку» своим отрицанием или игнорированием того, что складывалось веками и что, по мнению Лескова, могло бы дать «добрые плоды». Со смертью главных героев уходит в прошлое и забывается «старая сказка».

Е.А. Пастернак «И подумать только, это навсегда»: мотив старости в лирике Б. Рыжего

Старость была для Бориса Рыжего волнующим сюжетом на протяжении всей творческой жизни. Герои-старики, особенно ветераны, могут быть приметой счастливого детства (чаще всего — ушедшего навсегда и являющегося частью вышнего мира), причём чаще всего в тексте будут сталкиваться старики и дети. Постаревшие знакомые выступают в качестве одного из символов несложившегося настоящего, несколько раз автор вспоминает собственного деда, много раз фантазирует о себе в старости, его лирический герой часто проживает старость в юности. Встреча со старостью может быть привычной, однако может стать и настоящим открытием. Старыми могут быть и объект, например фонтан, действие часто происходит в старом парке, который является частью пространства воспоминаний, местом перехода в мир иной или местом, где можно оказаться как будто между двумя мирами, земным и вышним. «Старая фильма», состоящая из кадров абсолютно счастливой жизни, — неоднократно встречающаяся метафора той жизни, которую хочется сохранить и которая может выступать в роли обобщённой, подходящей практически каждому счастливой жизни. При этом внутри кино могут показывать другую, точно такую же «фильму», — таким образом, понимая условность и нереальность этой жизни, поэт стремится сохранить в вечности именно это кино и, соответственно, соединяет мотив счастливого воспоминания, запечатлённого на плёнку и напоминающего «старую фильму», с темой вечности.